Мы будем рады, если вы поддержите портал



Вконтакте Одноклассники Твиттер Фейсбук

красный зелёный голубой

"В борьбе за возможность научной работы"

"В борьбе за возможность научной работы"
ПОЛНЫЙ АНТИПАРАЗИТАРНЫЙ КОМПЛЕКТ (НА 10 ДНЕЙ ЧИСТКИ). ЛИМОННО ЭВКАЛИПТОВАЯ ЧИСТКА

Людям, перешагнувшим порог III тысячелетия, живущим в информационную эру, стыдно не знать, что наука является одним из ключевых факторов развития человечества. Научная мысль — «планетное явление», по определению Вернадского. Именно «взрыв научного творчества» определяет переход биосферы в ноосферу, создание на планете земля новой, творчески организованной среды, в которой мы живём, и действуем, и радуемся, и мечтаем, которую строим и которую порой постыдно не бережём, засоряя ложными идеями и злыми чувствами, как засоряем промышленными отходами землю.

В 1911 г. академик В.И. Вернадский в речи «Общественное значение Ломоносовского дня», посвящённой юбилею М.В. Ломоносова, подчеркивал государственное значение науки, её роль в строительстве российской державы, в становлении национального самосознания: «Сила русского общества и мощь русского государства тесно и неразрывно связаны с напряжением научного творчества нации». Учёный указывал на недостаточное внимание власти и общества к научным исследованиям, слабое финансирование науки: «Едва ли есть сейчас культурная страна, которая бы, по сравнению с другими своими расходами, так мало тратила на задачи научной работы, как Россия». И констатировал горькую истину: «Теперь, как 150 лет назад, русским учёным приходится совершать свою национальную работу в самой неблагоприятной обстановке, в борьбе за возможность научной работы».

Эти слова, сказанные более 100 лет назад, удивительно современны. Сейчас мы, как и в начале XX века, вынуждены отстаивать наше право на научную деятельность, защищать российскую науку от власти, которая под видом оптимизации и борьбы за пресловутую эффективность (слово, которое в научной, образовательной, культурной среде всё больше воспринимается как ругательное) разрушает Российскую академию наук.

Всякое разрушение есть завуалированное служение смерти. Ибо плод разрушения — хаос, торжество энтропии, и их далеко не так просто преодолеть усилием созидающей воли. Нужны силы, средства, ресурсы. Нужна, наконец, сама эта созидающая воля. В данном случае — воля правительственная. Но в том, что правительственная воля по отношению к РАН является созидающей, позволительно усомниться.

Людям, перешагнувшим порог III тысячелетия, живущим в информационную эру, стыдно не знать, что наука является одним из ключевых факторов развития человечества. Научная мысль — «планетное явление», по определению того же Вернадского. Именно «взрыв научного творчества» определяет переход биосферы в ноосферу, создание на планете земля новой, творчески организованной среды, в которой мы живём, и действуем, и радуемся, и мечтаем, которую строим и которую порой постыдно не бережём, засоряя ложными идеями и злыми чувствами, как засоряем промышленными отходами землю.

Ноосфера — от греческого «нус» — «ум», «разум». Обладание разумом указывает на уникальность положения человека в природе и одновременно на колоссальную его ответственность перед миром, в лоне которого с момента зарождения жизни шёл, по определению Вл. Соловьева, направленный «космический рост», приведший к появлению существа сознающего. Формируя стратегии государственного развития, нельзя не помнить об этой планетарной, а по большому счету вселенской ответственности, нельзя руководствоваться лишь потребностями текущего момента истории, капризами рынка, колебанием цен на нефть и уж тем паче возрастающими аппетитами стяжателей земных сокровищ, которые в случае с РАН направляются на вожделенные метры академических институтов, научных центров, лабораторий, архивов, библиотек и издательств.

Наука — строительница ноосферы. Разрушать её — значит рубить сук, на котором сидишь и совершать прочие алогичные действия, достойные лишь пошехонцев. Наука — фундаментальная сила современного мира, основа роста и (хочется сказать — эффективности, но язык немеет, не в силах побороть отвращения от замаранности ни в чём не повинного слова) крепости национальной экономики. Экономить на науке — значит проявлять вопиющую недальновидность. Наука — сложный, но сбалансированный организм, живущий не по указке, а по своим имманентным законам, и далеко не безобидно директивно выделять одни отрасли научного знания, пренебрегая другими, шпынять то естественную, то гуманитарную сферу, ведя себя подобно слону, наводящему порядок в посудной лавке. Ещё менее безобидно ограничивать вложения в развитие долгосрочных фундаментальных исследований, заведомо проигрывающих в условиях рынка краткосрочным локальным разработкам. Да, последние быстрее и подчас… эффективнее находят выход в производство и особенно в область услуг. Но фундаментальные исследования связаны с дальними горизонтами развития, во многом определяют будущий облик страны, её место и авторитет в сообществе наций, не говоря уже о роли в истории. И то, что их влияние сказывается далеко не сразу, не умаляет их ключевого значения. В.И. Вернадский, а он гораздо лучше чиновников понимал, как устроена наука и как она должна быть организована, в статье «Задачи науки в связи с государственной политикой России» (1917) предостерегал: «Нельзя заботиться о развитии одних научных дисциплин и пренебрегать другими. Нельзя обращать внимание только на те, приложение к жизни которых сделалось ясным, и оставлять без внимания те, значение которых не сознано и не понимается человечеством». Нельзя так поступать человечеству, если оно не хочет погибнуть от естественных или рукотворных катастроф. Нельзя так поступать государству с тысячелетней историей, если оно хочет быть и дальше державой, имеющей международный авторитет, а не превратиться в «этнографический материал», из которого другие, более дальновидные в научной политике страны будут лепить свои собственные геополитические фигуры.

В деле строительства ноосферы наука действует в тесной связке с образованием и культурой. Увы, и в этих областях в последние годы идут необоснованные эксперименты. Все под тем же лозунгом эффективности разрушается высшее образование. А введением образовательных стандартов (слово-то какое — стандарт! — так и тянет задуматься: не на стандартизованного ли, нумерованного индивида рассчитаны нынешние учебные программы?), итоговой аттестации в форме ЕГЭ, сужения бесплатного образовательного минимума расшатывается российская школа с её вековыми учебными традициями. Школа, которая учила думать не в заданном формате учебного теста, а в широком проблемном поле, решать творческие задачи, а не выбирать один из четырех ответов, ставя в квадратике незатейливый крестик. Школа, в которой учитель был Вергилием по универсуму знаний, а не дрессировщиком, главная задача которого — натаскать на ЕГЭ. Впрочем, о задачах нынешней образовательной политики прямо и откровенно высказался ещё прежний министр образования А. Фурсенко: «Недостатком советской системы образования была попытка формировать человека-творца, а сейчас задача заключается в том, чтобы взрастить квалифицированного потребителя».

Российская школа всё активнее, если не сказать — агрессивнее — вдвигается в сферу услуг. А значит, стирается тот духовный смысл, который вкладывали в понятие «образование» поколения российских педагогов — теоретиков и практиков, чутких к языку и потому понимавших, что подлинное образование есть творение образа — образа мира, который слагается в уме и сердце учащегося в процессе познания, образа человека, в который облекается сам ученик, работая не только над знаниями, но и над собой. В школе ЕГЭ и стандартов оскопленным, стандартизованным становится и само знание. Оно — уже не язык, на котором бытие говорит с человеком, а продукт, ценность которого зачастую зависит не от состава, а от красочной, бьющей в глаза упаковки. В пространстве сервилизма и лакейского «чего изволите» верховной ценностью выступает успех, определяемый внешними, а не внутренними достижениями. Критерий успеха нынешние чиновники навязывают и научному сообществу, оценивая уровень работы научных коллективов по внешним показателям, не интересуясь сутью и качеством работы, творческой перспективностью полученных результатов.

Та же ориентация на обслуживание и внешнюю успешность проявляется в сфере культуры. Пожалуй, по последствиям она страшнее, нежели действующая в культурном хозяйстве кампания оптимизации: укрупнение, слияние, отсев части кадров и последующее закрытие «неэффективных» учреждений, ибо чревата перерождением духа культурного делания. В цивилизации потребления и услуг культура перестает быть возделыванием, силой, возвышающей человека, расширяющей поле зрения и понимания, устремляющей к совершенству. Превращается в одно из средств времяпрепровождения, ни к чему не обязывающей игры. Между тем культура — не избыток, не роскошь, скрашивающая время досуга, но столь же равновеликая составляющая бытия, как жизнь и сознание. Вместе с наукой она идет в авангарде борьбы с энтропией, превращая нестройное в стройное, давая форму бесформенному, кумулируя энергию, препятствуя её рассеянию. Эту сущность Культуры, вмещающей в себя Логос, чувствовали и сознавали русские мыслители и ученые: Н.А. Умов, П.А. Флоренский, В.И. Вернадский. Но к ней абсолютно нечувствительны нынешние реформаторы, меряющие бытие по формуле «товар — деньги — товар».

Между тем пренебрежительное отношение к науке, культуре, образованию уже дало свои горестные плоды. Взрычатость и нестабильность в обществе, конфликты на национальной почве, бытовая агрессия и преступность усугубляются и будут усугубляться в отсутствие грамотной образовательной и культурной политики, рядом с которой встанет и умная политика в сфере науки. Ибо наука — помощница образования и союзник культуры, её достижения ложатся в основу образовательных программ, расширяют пространство культурного поиска. И от творческого взаимодействия этих сфер, от уровня их развития во многом зависит то, человеческий или зверочеловеческий тип восторжествует на пространствах современной России. Впрочем, потребителю зверочеловеческий лик не помеха. А вот высокий уровень образования, культура, а тем более развитая наука ему не нужны. Он не может понять, для чего они потребны, как мартышка в басне Крылова не могла разобрать, для чего служат очки.

Станет ли наконец наша власть умной и дальновидной? Поймёт ли, что человек-потребитель, даже если воспитать из него «квалифицированного потребителя», никогда не будет подлинным патриотом своей страны, ибо его собственное «я» перевесит и благо общественного целого, и нравственный долг. Что идея рынка основой «творческой идеи России» не станет и государство не укрепит. Хорошо бы и обществу, и властям предержащим помнить пророческие слова Вернадского: «Только тот народ может сейчас выжить свободным и сильным в мировой жизни, который является творческим народом в научной работе человечества».

Источник: chaskor.ru

Поставьте оценку:
Рейтинг 0 (Проголосовало: 0)

ОЗДОРОВЛЕНИЕ И ДОХОД С КОРПОРАЦИЕЙ "СИБИРСКОЕ ЗДОРОВЬЕ"

Понравилось? Поделитесь с друзьями через кнопки социальных сетей!

Добавить страницу в закладки

0
06:38
54
Популярные видео каналы